5 комиксов, которые не уступают по силе большим романам

Валерия Мартьянова — об историях, которые поражают не только словесными, но и графическими образами

5 комиксов, которые не уступают по силе большим романам
Валерия Мартьянова
Валерия Мартьянова
Редактор, автор книжного блога «Мартышка»

Есть мнение, что комиксы не развивают воображение, упрощают текст и вообще не очень достойны считаться хорошей литературой. Конечно, это не так. Многослойная культура графических романов уже не первое десятилетие завоёвывает фанатов по всему миру. Вот несколько комиксов, с которыми вы проведёте не один вечер и будете с удовольствием перечитывать.

«Красота», Юбер и Кераскоэт

На первый взгляд эта история похожа на старую сказку, и по форме это, пожалуй, действительно так. Средневековый замок, бедная деревня, нищая дурнушка превращается в невероятную красотку. И тут буквально все вокруг начинают сходить по ней с ума: от соседа до короля. Сюжет развивается настолько быстро и неожиданно, что буквально есть ощущение движения кадра. Вот мы видим мужчин, одержимых войной и властью, и тут же — амбициозную и умную сестру принца, которая предлагает дельные вещи, но её никто не слушает. В какой-то момент чтения появляется мысль: а изменилось ли что-то со времён Средневековья? И вообще, красота — это сила или проклятие?

«СуперУхо», Сиси Белл

Это автобиографическая история. Дело в том, что Сиси потеряла слух в детстве после серьёзной болезни. Тогда слуховые аппараты выглядели иначе: громоздкая коробка, которую нужно носить на шее, с наушниками и передатчиком. Так себе украшение, когда ты учишься в средней школе и мечтаешь быть такой же девчонкой как все, правда? Впрочем, иногда оказывается, что слуховой аппарат может стать твоим оружием, твоей супер-способностью, как у настоящего персонажа героических комиксов. Сиси говорит о глухоте как о части своей жизни, говорит просто, с юмором и детской наивностью. Но на самом деле этот графический роман о нашей готовности принимать других, даже если они чем-то от нас отличаются — вот что делает нас супергероями.

«Персеполис», Маржан Сатрапи

Этот графический роман уже можно смело назвать культовым: он переведён на множество языков, по всему миру продано более полутора миллиона копий, создан анимационный фильм. Сатрапи рассказала историю своего детства и юности в Иране, которые пришлись на времена исламской революции и войны с Ираком. Девушка покидает родные места, чтобы получить образование в Европе и найти себя, но сталкивается с тем, что нигде не чувствует себя комфортно. Роман Сатрапи хоть и рассказывает о событиях почти сорокалетней давности, но во многих деталях и ситуациях пугающе актуален до сих пор. Всё, что волновало образованных сильных девушек тогда: политика, феминизм, желание найти себя в профессии, роль женщины в семье — волнует нас и сейчас, возможно, даже больше, чем когда либо. Это сильная и смелая графическая автобиография, которую можно перечитывать в среднем раз в год — и каждый раз находить новые сильные цитаты.

«Когда я вернусь», Йессика Баб Бунде и Петер Бергтинг

В последнее время авторы и художники по всему миру ищут новые формы для того, чтобы честно и доступно рассказать юным читателям о событиях Второй мировой войны и Холокосте. Пожалуй, этот комикс отвечает современному запросу как нельзя лучше. Авторы собрали истории тех, кто в детстве прошёл концлагеря, голодал, болел, оказался на грани жизни и смерти, но выжил. Честная графика без перегибов и эмоциональный рассказ героев дают такой эффект присутствия и чувство сопричастности, что, возможно, вам понадобятся небольшие паузы между главами, чтобы перевести дыхание. Этот графический роман сложно назвать воспитательным или полезным: он просто и прямо говорит с читателем о том, что война и жестокость в любой форме — это неприемлемо, это больно, это не должно повторяться.

«Сурвило», Ольга Лаврентьева

Графический роман петербургского автора Ольги Лаврентьевой тоже говорит о войне, но для нас, пожалуй, об одной из самых болезненных её тем — о блокаде Ленинграда. Лаврентьева рассказывает историю своей бабушки, девичья фамилия которой Сурвило. Её детство и юность пришлись как раз на предвоенные годы, она постоянно училась и работала, теряла близких и в итоге после окончания ВОВ единственная осталась в живых из целой семьи. Это не история про репрессии — хотя о них там тоже есть, и даже не про голод и холод, которые сопровождали ленинградцев в ту самую страшную блокадную зиму. Это рассказ о женщине, которая выжила несмотря ни на что, чудом, и при этом сохранила в себе свет, радость, любопытство, жажду справедливости и любви. Лаврентьева проделала поразительную работу, вручную перерисовывая документы и архивные фотографии, записывая все рассказы бабушки — и это видно в каждой чёрточке её поразительной графики, равной которой, наверное, пока нет в России.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: